VOT задался вопросом: куда делись ребята, не вписывающиеся в общественные нормы? Мы отыскали тех, кто раньше называл себя неформалами, и побеседовали с ними об этом периоде их жизни.


Петр Стуловский,

металлист


В 6 лет я увлекся рок-музыкой. Первое, что услышал, были группа Pink Floyd и рок-опера «Иисус Христос — суперзвезда». Душа требовала «утяжеления» музыки. На 13-й день рождения друг принес послушать кассету группы Iron Maiden, впервые услышал, что такое heavy metal. Это было началом нового этапа в моей жизни.


В 1980-е годы было тяжело достать нужную музыку. Тогда я решил действовать через парней, которые ухаживали за моей сестрой. Когда она начинала встречаться с новым парнем, я узнавал у нее, слушает ли тот рок, и если ответ был положительным, просил у него пластинки послушать. Пополнял собственную коллекцию тяжелой музыки и через своего двоюродного брата, который начал увлекаться этим гораздо раньше меня и даже владел дискотекой в городе. Но вот стали доступны настоящие фирменные пластинки зарубежных исполнителей, российский рынок стал выпускать музыку «Ария», «Мастер», «Черный кофе» и т. д. Помимо этого, наш ташкентский рок-андеграунд стал подавать признаки жизни. Если до этого времени все происходило в подполье, то теперь рок-группы могли заявлять о себе и проводить концерты. Повеяло свободой.



По телевизору стали показывать фильмы о музыке, концерты, где собиралось много металлистов, которые выглядели соответственно своей субкультуре. И я, будучи металлистом до мозга костей, естественно, захотел выглядеть так же. У меня был короткий период, когда я носил цепи, шипы, косухи и прочую атрибутику, но только не длинные волосы. Через полгода, проходив в этом «металлическом» прикиде, я сознательно от этого отказался, ставя на первое место музыку, а не внешний антураж.


Первая тусовка металлистов, на которую я попал, проходила в кафе «Лесная поляна» в конце 1980-х годов. Это была достаточно известная компания представителей субкультуры. Настолько известная, что наиболее ярких ребят из этой тусовки приглашали на телевидение, поучаствовать в молодежных передачах, где обсуждались насущные проблемы их поколения.


Отец мои увлечения практически не застал, а мама и бабушка относились к этому спокойно. С ними конфликтов не было. Самая интересная реакция была у моей старшей сестры. Пока я был подростком, ей нравилось, что слушаю такую музыку, в курсе всех музыкальных событий. Но как только я перешагнул 25-летний рубеж, она начала возмущаться. Ей казалось, что застрял в развитии, что музыка мне мешает, а я пытался ее переубедить. Я могу слушать ту же музыку и при этом развиваться как личность и быть абсолютно нормальным человеком. В результате, когда я уже стал экспертом в области тяжелой музыки, сестра даже стала мною гордиться.


Многие со временем отходят от этой музыки, им это начинает казаться чем-то несерьезным, появляются другие заботы. Я тоже понимаю, что раз женился, появились дети, то нужно нести ответственность. Но и хеви-метал для меня всегда оставался важным.



У меня две взрослые дочери, и они спокойно относятся к моим музыкальным предпочтениям. Мы с супругой воспитывали их в творческой атмосфере — с одной стороны папино увлечение хеви-металом, с другой — мамины классические концерты, скрипка. Более того, мы вместе ходили на концерт группы Metallica в Питере. Моя старшая дочь общается с ребятами, которые зимой в горах катаются на сноуборде, лыжах. И эта вся тусовка называется Snow family. Это же тоже что-то вроде субкультуры. Поначалу мы с женой противились такому занятию, пытались с ней воевать. Я по себе знаю, что такое быть в субкультуре. Человек абсолютно обо всем забывает, у него в голове мысли только о друзьях, музыке, и выполнение домашних обязанностей отходит на второй план. Вместе с младшей дочерью я ходил на концерты местных рок-групп, и я знаю, что у нее в плеере всегда найдется место тяжелому року.


Самым большим событием стал проект о металл-музыке «Тяжелые Будни». Это апофеоз всего, что я могу рассказать людям. Создатель этой передачи не я, а RJ Олег Соболевский радио «Хамрох», он рассказывал о новинках металлической музыки прежде всего. А я оказался в проекте случайно — Олег позвонил как-то под Новый год и предложил составить обзор лучших альбомов 2002 года. Мы отобрали лучшие пластинки и анализировали. С появлением интернета я к каждому выпуску программы качал по паре треков с каждого альбома, который будет освещаться. Со временем у нас запустился веб-сайт www.harddays.net, который существует до сих пор. Правда, не обновляется уже давно. Это был единственный проект о тяжелой музыке. Он, конечно, вызвал огромный резонанс среди неформальной молодежи того времени. Обратная связь была фантастической. Это было ренессансом ташкентской рок-музыки, на этой волне начали появляться новые группы, организовывались рок-концерты, фестивали. Середина 2000-х годов. Когда я пришел к выводу, что сайт и форум катастрофически теряют былую популярность и нужно идти дальше, в ногу со временем, появилась страница «Тяжелых Будней» в социальной сети Facebook, где я по сей день выкладываю новости из мира тяжелой музыки. Параллельно проект существует в социальной сети ВКонтакте, где за контент отвечает Олег Соболевский, с которым я дружу. Пока я жив, «Тяжелые Будни» будут существовать!


Дмитрий Мордвинцев,

металлист


Мне было 15 лет, когда на музыкальных каналах уже крутили клипы Linkin Park, System of a Down, Metallica и т. д. Мне нравилось. Правда, в голове была каша, но постепенно все встало на свои места. Появился доступ к интернету, я начал интересоваться музыкальными новостями, читал статьи про рок-исполнителей. Затем стал посещать сейшены, познакомился с такими же ребятами, с которыми, кстати, до сих пор общаюсь.

Через пару-тройку лет я познакомился с ребятами, которые не оценили моих музыкальных увлечений и дали послушать более тяжелую музыку, классический олдскул, и меня понесло. Очень благодарен им за это. Многие разъехались по разным странам, но поддерживаем связь. Мой самый близкий друг как раз из металлического прошлого.


Раз пошла рок-музыка, пошли и кожаные куртки, плащи, тяжелые ботинки, цепи, шипы, круглые очки и прочая металл-хэд атрибутика. Отращивал волосы, творил с ними всякое. Сейчас из-за работы я стал одеваться менее «инфернально», хотя и не отошел от этого полностью. Но когда выбираюсь на рок-концерты, тусовки, достаю из закромов потертые кожаные брюки, футболки с черепами, распускаю волосы, в общем, традиционно.



Родители относительно спокойно реагировали на мои увлечения, считая, что «переболею», но если были перегибы, мог получить нагоняй. Отец даже дарил мне футболки с черепами и логотипами музыкальных групп. Он понял, что от этого никуда не деться, и пошел по принципу «Не можешь избежать восстания — возглавь его». Что касается музыки, папа послушал и сказал, что это, мягко говоря, дрянь, ну разве что кроме Metallica. Он давал мне послушать Pink Floyd, Suzi Quatro и прочий «олдскул», но в итоге... «Слушай, что хочешь, но будь нормальным человеком».


Не скажу, что вел и веду откровенно «рок-н-ролльный» образ жизни. Но зачем все время быть серьезным? Разумеется, есть моменты, когда нужно быть строгим и ответственным, в остальном все должно быть легко.


Без своей музыки не считаю себя полноценным человеком и не представляю, кем бы стал, не начни ее слушать. Именно благодаря ей стал оценивать все через призму черного юмора, не осуждать человеческие пороки.

Однажды на концерте группы Debauchery в дичайшем слэме мне оторвали кусок кожи с моего неубиваемого ботинка.



Старые привычки почти не изменились, разве что у меня появилась ответственная работа. Еще меня удивил начальник. С виду деловой, он выдал такие познания в области хеви-металла, что сказать, что я был в шоке, это ничего не сказать, на что он ответил: «Думаешь, ты один был молодым?».


Моих студентов до сих пор удивляет, что их преподаватель — неформал. У меня на рабочем столе компьютера на заставке стоят логотипы разных рок-групп, они все время меняются, и каждый раз по окончании электронной презентации студенты пытаются отгадать, что же будет на этот раз. А потом я их встречаю на сейшенах.


Николай Флете,

в прошлом панк-рокер


В 13 лет с легкой руки соседа, который слушал рок, увлекся подобной музыкой. Начал слушать «Король и Шут», «Наив», «Сектор газа». Понял, что панк-культура мне ближе всего. Этим ребятам было на все наплевать, в том числе и на общественное мнение, что было истиной и для меня. От них веяло свободой и анархией.


Появилось большое желание изменить внешность как знак подражания кумирам, чем и занялся. Разрывал джинсы, исписывал одежду, носил только кеды и черные футболки с логотипами любимых групп. У меня была любимая джинсовая куртка с нашивкой «Анархия», сделанной, естественно, своими руками из подручных средств, т. к. специализированных магазинов не было. Помимо этого, я экспериментировал с цветом волос и однажды экспромтом на голове выбрил себе ирокез. Косых взглядов ловил много, в общественном транспорте рядом со мной никто даже стоять не хотел. Это было даже плюсом, возле меня всегда было свободно.



Отец сказал: «Делай, что хочешь, только не употребляй наркотики». А мама реагировала болезненно, боролась всеми правдами и неправдами. Пыталась закрыть дома, на балконе. Был один забавный случай. Однажды я дома доделывал татуировку, и вдруг пришла мама с работы. А я не успел закончить, весь в крови и чернилах. Она в шоке от увиденного сняла туфлю и запустила в меня. Конечно, было много подобных случаев с мамой, но со временем я успокоился. На теле закончились места для татуировок, устроился на работу, появилась девушка, и, само собой, изменилась жизнь. Но у меня есть мечта детства: когда мне исполнится 40 лет, я оденусь, как рокер, и пойду гулять по городу!


Был завсегдатаем сейшенов и рок-концертов, которые проходили в городе. Помню клубы QS, Dominos. Мы «рубились» до последнего, мотали головами так, что утром голова и шея отказывались выполнять свое предназначение.


Не так давно с другом решили «тряхнуть стариной» и пойти на сейшен. Придя в клуб и осмотрев контингент, поняли, что времена изменились, мы повзрослели, и нашего веселья хватило всего на пару песен.

Многие из моего круга общения, с кем раньше дружил, разъехались либо повзрослели и открещиваются от своего прошлого. Почти никого не осталось, кроме одного старого друга, с которым общаемся по сей день.



Панк-культура повлияла на мою жизнь. Так как родители были в разводе, и папа рано умер, моим воспитанием почти не занимались. Мама со мной справиться не могла. Я рос и воспитывался на музыке, которую слушал, а песни «Сектора газа» и «Красной плесени» учат...не самому хорошему. Но я не жалею об этом, ведь вырос неплохим человеком. Да, в моей жизни были не самые лучшие времена, я бросил алкоголь еще в 18 лет, когда люди только начинали его пробовать. Но главное — вовремя остановиться, и я сделал это.


Если мои дети будут рэперами, я этого не переживу. А если серьезно, то с пониманием отнесусь к их выбору. Все, что угодно, кроме наркотиков и алкоголя. Важно ребенка не воспитывать запретами, а дать ему выразить себя, подстраховывая и контролируя.


Текст: Гули Шарипова