«Культурные брудершафты» в формате тесного квартирника прошли сразу после Нового года, когда оливье уже приелся, а рабочая рутина еще не сомкнулась топким киселем над головой. Влюбленный в Ташкент гроссмейстер из Казахстана Муртас Кажгалеев и ставший иконой узбекского рока фронтмен группы «Крылья Оригами» Ашот Даниелян начали 2019 год с совместного творческого вечера.


В галерее Zero Line не протолкнуться, но простых любителей поэзии и прозы, кажется, нет — тут сплошные друзья и знакомые выступающих. На крошечной сцене Муртас Кажгалеев и Ашот Даниелян читают стихи, свои, чужие, яростные, философские — самые разные, поют песни, наигрывают на гитаре блюз и делятся с гостями историями ушедшего года.



О знакомстве с Ашотом Даниеляном Муртас рассказывал мне во время длительного, многочасового интервью, которыми я так люблю мучить героев.


Муртас Кажгалеев


Однажды мы с Ашотом оказались соседями на одном из застолий с ильхомовцами. И я ему в лоб заявил:

— Знаешь, я не фанат «Крыльев Оригами».

— О! — сказали ребята, — Муртасу больше не наливать!

— Да ничего, — ответил Ашот. Немного подумал и добавил. — Я тоже не фанат их.


Спонтанно возникшая в середине декабря идея «Культурных брудершафтов» вылилась в дружеский и расслабленный вечер двух неординарных и очень контрастных людей. Муртас характеризует напарника как «человека в высшей степени серьезного и профессионального», а Ашот называет друга «городским сумасшедшим с необузданной энергией».


Ашот Даниелян

Мы провели всего две репетиции. Проект задумывался как полуимпровизационный, поэтому ничего капитально не продумывали. Наоборот, хотелось легкости, экспромта, динамики. Репетировали у меня в квартире. Мы с Муртасом покупали бутылку вина, грелись у старой печки и просто обсуждали, что бы нам хотелось рассказать и чего бы рассказывать не хотелось.



О том, как пел гроссмейстер, или Не надо так

Муртас Кажгалеев


Как-то меня пригласили работать во Францию. Я прилетел, рассчитывая на немедленное заключение контракта с шахматной школой, но услышал: «А выиграй-ка сначала турнир!». Я поднапрягся и выиграл. И вот сидим мы в ресторане с уже коллегами, празднуем, и я понимаю, что пора становиться своим. И тут у тебя есть выбор: продолжать сидеть с этими ужасно скучными людьми или выйти и песней расшевелить коллектив. Кстати, мама еще в детстве говорила: «Муртас, с твоим голосом петь за пределами ванной комнаты нежелательно». В общем, я вышел и исполнил Summertime. На протяжении следующих десяти лет на всех шахматных тусовках я пел эту песню, которую коллеги называли «ля шансон». На «Культурных брудершафтах» во время исполнения Summertime я прошел несколько состояний, от липкого страха до полной свободы, но при этом кайфовал, не переставая.


Ашот Даниелян отважно подыгрывал товарищу на гитаре. Правда, временами его лицо принимало страдальческое выражение, и зрители понимали: у маститого рок-музыканта плачут кровавым потом не только уши, но и пятки.



Ашот Даниелян


С Summertime получилась такая история. Я почему-то решил, что Муртас собирается петь Strangers in the Night Синатры и сел подбирать аккомпанемент. Композиция в гитарном исполнении сложная, эти дикие джазовые аккорды... Долго мучился, открыл youtube, начал смотреть самоучитель, на что ушел ломаный день! В какой-то момент даже хотел отказаться и сказать: «Пой а капелла!». А потом выяснилось, что Муртас исполняет Summertime, которая гораздо проще.


О том, почему на выступлении «Крыльев Оригами» нельзя кричать: «Цоя давай!»

Ашот Даниелян


«Крылья Оригами» выступают уже 15 лет. В последние годы, где бы группа ни играла, кроме, пожалуй, Британского посольства, каждый раз находится человек, который кричит: «Цоя давай!». Раньше кричали: «Мяса давай!», что означало «Играйте потяжелее!», а теперь просят только Цоя. Друг рассказывал случай, когда во время ресторанного гулянья где-то на Лисунова в компании оказался человек, выучивший четыре песни Цоя. В какой-то момент нашлась гитара, парень сел в уголке и начал наигрывать заветные аккорды. Сбежался весь ресторан и на протяжении четырех-пяти часов слушал выступающего. Посетители радовались, неистовствовали и в восторге просили играть эти четыре песни по кругу снова и снова. Для меня это были бы круги ада.


Стоит ли говорить, что острые на язык ташкентские зрители до конца вечера радостно кричали Ашоту: «Цоя давай!»?



О разочарованиях года

Муртас Кажгалеев


В 2018 году проходил матч на первенство мира по шахматам, и мы с другом решили организовать стрим-трансляции.

— У нас будет 20 тысяч зрителей! Если мы их не наберем, значит, мы — олухи, — сказал друг, и я очень воодушевился.


Громадье планов, размах, энтузиазм, гроссмейстерский опыт и жизненный бэкграунд — все слилось в одном «грандиозном» проекте. Правда, за три минуты до начала мы не знали, о чем говорить. Зато в нашем распоряжении оказалась большая комната, профессиональное оборудование, поддержка компьютерщиков и видеоинженеров, звездные гости и десять литров воды с кофе, шоколадом и фруктами. В нашей студии побывали рок-музыкант Ашот Даниелян, поэтесса Олеся Цай, прима ГАБТа имени А. Навои Надежда Банделет-Голендер, актеры театра «Ильхом». По интернету к стриму присоединялись великие шахматисты Владимир Крамник и Борис Гельфанд. Но по факту трансляции смотрели не 20 тысяч, а 20 человек. На «Культурных брудершафтах» в Zero Line мы собрали больше зрителей, чем тогда по всему миру.



Ашот Даниелян


На последний питерский концерт «Крыльев Оригами» вообще пришла пара человек. В первый раз пришли тринадцать, и я был сильно разочарован. Тогда я еще не знал, что следующее выступление мы отыграем для двух зрителей. Одним из них был старый дядька в майке «Крыльев Оригами», не знаю, как она ему досталась. Он заплатил за вход, долго сидел у бара и ушел, даже не дождавшись окончания вечера. Но и это не стало главным разочарованием моего года.


Сильнее всего в 2018-м я разочаровался в начинающих поэтах, выступления которых услышал на поэтическом слэме в Гете-институте. Люди, которые пишут стихи, должны быть революционерами, рваться на передовую, прыгать в реки от любви... У наших же выработалась неприятная и разрушающая тенденция к самоцензуре. Я не против стандартов: когда четырнадцатилетний мальчик или девочка пишет про любовь — несчастную, счастливую, с венами, без вен — это нормально, все поэты проходят через подобный период. Ребята же сочиняют стихи про Родину, что тоже неплохо, но не в таком виде. Они пишут, что в Узбекистане есть реки и полезные ископаемые, перечисляют эти ископаемые... К несчастью, я сидел в жюри. К счастью, Гете-институт организовал фуршет, куда я и сбежал снимать стресс.



Интересно, стало ли стрессом для Ашота Даниеляна исполнение песни «Три сердца осьминога», слова которой большая часть публики не знала. Зато их отлично знал и громко пел 7-летний мальчик, который после «Культурных брудершафтов» без стеснения делился с окружающими событиями своей детской насыщенной жизни:


— А утром мы с дядей Муртасом играли в подушечный бой! И я несколько раз по нему попал! Один раз даже ниже пояса!


Хороший ребенок, открытый и меткий.



В финале вечера зрителей интересовала не только поэзия, но и вопрос продолжения проекта.


Ашот Даниелян


«Культурные брудершафты» — своеобразная отдушина от того, что делается всерьез. Однако не знаю, насколько можно говорить о перспективности, это же не бизнес, тут не бывает стратегий и планов. Для меня проект интересен, я бы его повторял и развивал. Формат динамичен и предполагает появление новых лиц. Но все зависит от востребованности, так что вопрос, скорее, в том, много ли сейчас в Ташкенте заинтересованных в альтернативной культуре людей.


«Культурные брудершафты» прошли именно так, как задумывали организаторы: тепло и душевно. Греться музыкой, стихами и хорошей компанией, пожалуй, один из лучших вариантов начала нового года.


Текст: Екатерина Цой

Фото: Алексей Улько, галерея Zero Line