VOT представляет проект «Большие надежды. Life style». Истории, где нет широкой известности, славы и денег. Истории, где герои делают жизнь лучше и не только свою.


Многие зачастую с непониманием и претензией относятся к медицинским работникам. Но если вы попали на прием к плохому специалисту, не стоит ставить клеймо на всех представителях этой профессии. Шестнадцать лет они тратят на то, чтобы получить право носить звание врача. А потом всю жизнь на то, чтобы спасать людей. Тот момент, когда слово «герой» относится к интервьюируемому в двойном смысле. Бекзод Акилов, хирург Республиканского научного центра экстренной медицинской помощи, ассистент кафедры «Хирургия № 1» ТАШИУВ, проводит от пяти до десяти операций в день, но нашел время рассказать нам о философии в профессии врача.


Семейное ремесло

Так получилось, что у нас династия врачей. Ее основателем стал дедушка — Атаулла Тураханович Акилов, генетик, профессор кафедры Ташкентского медицинского института, заведующий кафедрой биологии и анатомии Ташкентского педиатрического медицинского института (ранее — САМПИ).



На четвертом курсе судьба свела его с моей бабушкой Хамидой Рахимовной Акиловой, которая училась на том же факультете. К слову, братья дедушки тоже были врачами. Вскоре у них появились дети: моя мама, дяди и тетя, все поколение которых стало врачами в разных отраслях. Теперь их ремесло продолжаем мы, внуки.


Мне нравится быть врачом: аура больницы, белый халат, бессонные ночи… Помню, как мы с братьями и сестрами изучали картинки в книжках по анатомии, причем нас никто не заставлял. В школьное время к нам домой часто приходили соседи с детьми, у которых болели животы. Детьми мы сами назначали таблетки, которые знали и которые нам давали родители.

Кредо врача

Я вообще люблю детей. Это и подтолкнуло меня поступить в Ташкентский педиатрический медицинский институт и учиться на детского врача. Помню первую лекцию профессора, д.м.н. Махмуда Муслимовича Алиева. В самом начале первым делом он спросил: «Кто хочет стать хирургом?» Из 72 студентов руку подняли только четверо, включая меня. В тот же миг он попросил нас прочитать цитату за его спиной: «Горе тому хирургу, у которого руки опережают голову». В итоге из тех четверых только я освоил это мастерство.



Среди всех преподавателей мой дядя, д.м.н., профессор Хабибулла Аттаулаевич Акилов — главный учитель. Он научил меня всему — от искусства общения с больными до хирургического мастерства. Однажды мы зашли с ним на консилиум, где он осматривал больного ребенка лет девяти. У него были проблемы с желудком. То, что он сказал малышу, глубоко тронуло меня. Спросив его имя, он сказал: «Знаешь, сейчас нас в комнате шесть человек, но ты не обращай на них внимания. Сейчас есть ты, я и твоя болезнь. И мне хотелось бы, чтобы ты перешел на мою сторону. И тогда нам будет вдвойне легче побороть это. Но если ты примешь сторону болезни, мне будет труднее вылечить тебя». Эти же слова я теперь говорю своим больным.

Сапожники без сапог

Фундамент знаний любого медика закладывается во время учебы. По получении степени бакалавра студент становится врачом общей практики. Далее мы поступаем в магистратуру или клиническую ординатуру по узкой специальности. Здесь будущий врач проходит жесткую школу жизни: либо пойдет дальше, либо бросит это дело.


В первый год клинической ординатуры мы заходим на операции третьими после оператора и помощника. Держим крючки, сшиваем или завязываем. Конечно, никто не даст человеку, пришедшему с учебной скамьи, самостоятельно прооперировать человека.



Все врачи — сапожники без сапог. Они могут вылечить многих, но совсем не следят за своим здоровьем. Только в крайнем случае. Однажды, будучи на дежурстве, я сам себе поставил диагноз «аппендицит», и там же меня прооперировал мой наставник Емельян Алексеевич Ли. Происходит это из-за того, что мы постоянно думаем о наших пациентах. Перед операцией: так как каждый организм индивидуален, врач думает, чего ожидать. В большинстве случаев все понятно, но бывают и исключения. К примеру, аппендицит, расположенный под печенью или малым тазом. Мы даже переживаем о том, в какой одежде будет ходить ребенок. Например, если девочка будет надевать бикини — не хотим, чтобы шрам вызывал у нее комплекс.


На дежурстве мы вовсе не спим, так как много экстренных операций и большой поток больных. За столько лет практики хватает от двух до четырех часов для того, чтобы отоспаться и на следующий день бодро пойти на работу.



Несмотря на весь сложный путь становления хирурга, хотелось бы, чтобы в нашей стране усилили подготовку кадров и увеличили штат. К примеру, вместо трех дежурантов (сотрудники-хирурги, работающие в приемном отделении клиники, которые проводят первичный осмотр больного) — четыре. Я патриот и полностью отдаюсь своей работе, поэтому мне хотелось бы, чтобы таких людей было больше.

Медицина в Узбекистане

Не побоюсь сказать, что медицина в Узбекистане сейчас на высшем уровне. У каждой страны свои нюансы. Чтобы осмотреть, прооперировать и поставить больного на ноги, у нас есть как все условия, так и специалисты.


К сожалению, люди не понимают ценность нашей медицины. Скорее, из-за того, что они не были у профессионального врача. Судят обо всех по единичным случаям. Вот, мол, соседка побывала у врача, который грубо ей ответил… У нас в больнице таких случаев я не встречал, а за другие больницы отвечать не могу. Для того чтобы узнать, насколько квалифицированный врач, в идеале нужно посоветоваться как минимум еще с двумя специалистами, а не с одним знакомым.



Другой вопрос — это вопрос лекарств. Не всегда дорогое — самое эффективное. Зачем покупать дорогие лекарства, если есть более дешевые аналоги. Здесь важно понимать, что состав делает средство эффективным, а не место его производства. Такое же неправильное толкование у общества и в отношении частных клиник. Высокие цены — это не всегда показатель качества.



Люди считают, что в Узбекистане нет хороших врачей, поэтому уезжают за границу делать операции. Но те же самые операции мы успешно проводим в нашей стране. Здесь развита кардиология, мануальная терапия, иглотерапия, валеология, та же детская хирургия и кардиохирургия. Активно внедряется эндохирургия. Если раньше, чтобы извлечь инородное тело у ребенка, нужно было вскрыть грудную клетку и легкие, то теперь применяем малоинвазивную манипуляцию: аппарат с видеооптикой заходит в легкие через дыхательные пути и удаляет объект без разрезов.

Для сравнения: многие мои друзья, живущие в Америке, страдают от того, что у них нет медицинской страховки, соответственно, они не могут купить необходимый препарат без рецепта врача. У нас медицина бесплатная. Да, есть определенные препараты, которые выписываются только врачом, но в целом все доступно.



Возможно, медицина должна занимать одно из ведущих позиций в государственной политике. Нужно рассказывать людям о существовании передовых медицинских центров, таких как Республиканский специализированный центр микрохирургии глаза, Республиканский научный центр экстренной медицинской помощи, Научно-исследовательский институт акушерства и гинекологии и других. Почему бы не усилить внимание СМИ к медицине или транслировать видеоролики, повышающие знания о медицине, в метро?

Чем жертвовать?

В медицине никак не обойтись без бюрократии. 60 процентов лечения зависит от правильно собранного анамнеза, то есть первоначальные жалобы больного, причины болезни во временных характеристиках. Далее анамнез жизни: ранние болезни, прививки, какой по счету ребенок, были ли осложнения при родах и так далее. Вдобавок, инструментальный осмотр: рентген, анализ крови, мочи и МРТ.



Хороший врач понимает важность всей этой информации. Она должна сохраняться, чтобы доктор, который придет после меня, знал обо всех предыдущих болезнях, манипуляциях и операциях ребенка, которые также указываются в истории болезни.

Верьте нам

Нередки случаи, когда родители ребенка, у которого болит живот, идут к «табибам» или просто знакомым. И те, не являясь медиками, советуют принять обезболивающие. Далее выясняется, что у малыша аппендицит. Картина болей стирается, и период выявления болезни растягивается. Болезнь прогрессирует, отросток лопается, и выявляется перитонит. Только тогда родители приходят к нам. Ребенок в тяжелом состоянии, и виноватым оказывается врач, а с родителей никто не спрашивает.



70 процентов людей стали доверять платформе «Окей, Google», а не квалифицированным врачам. Если вам доктор назначил определенное лекарство — это значит, что именно оно поможет вам исходя из характеристики вашей болезни и тела. Два года врачи посвящают циклу фармакологии. Нас обучают, на какие органы и рецепторы действуют определенные лекарства. Надо помнить, что у многих из них есть побочные явления. Купив дорогое лекарство в обход врача, можно вызвать другие болезни. Поэтому повторю еще раз: без вашего доверия ни один доктор не сможет помочь. Не вредите сами себе, доверьте свое здоровье профессионалам.


Текст: Жахонгир Азимов
Фото: Евгений Сысоев