В продолжение экстремальных историй от VOT — эксклюзивное интервью с восходителем на Эльбрус Шарофом Эгамбердиевым.


В одном из своих интервью вы сказали, что любовь к путешествиям зародилась еще в детстве. Расскажите, как эта любовь росла и развивалась: помните первое путешествие? Какое стало самым трудным?

 

Помню, был 1988 год. Тогда мой отец начал масштабный проект — строительство первой астрономической станции на горе Кумбель, в рамках проекта IRIS. Сегодня это излюбленное место лыжников. Каждые летние каникулы отец забирал меня с собой, и я жил в интернациональной среде ученых из Франции, России и Узбекистана. Помогал, исходя из своих физических возможностей. На меня сильно повлияла та благоприятная среда, она целых 10 лет культивировала желание путешествовать. До сих пор помню вечерние рассказы о поездках в разные точки мира — они очень повлияли на меня.

Ведете ли вы дневник путешествий: может быть, на карте мира отмечаете места?

 

Дневник не веду. Но есть определенный распорядок. Сейчас планирую проект «Семь вершин». Пока сам, но в этом проекте будут вершины, которые обязательно потребуют больших финансовых, физических и организационных затрат. На этих этапах я буду обращаться за помощью, но пока все своими силами.

 

Что обязательно привозите из путешествий?

 

Для меня важно привезти частичку культуры, в которой я жил. Редко покупаю что-то крупное, только традиционные магнитики для мамы или национальную одежду.

 

В чем разница между «треком» и «восхождением»?

 

Трек — когда человек проходит всю дистанцию своими ногами, не используя никаких специальных приспособлений. Восхождение может быть намного короче трека, но оно обязательно включает в себя технические сложности. К примеру, вы проходите по смешанному рельефу — на ногах должны быть «кошки», а на местах, где повешены перила, нужно использовать страховку или веревку. Соответственно, восхождение всегда считается сложнее трека.

Расскажите о восхождении на Эверест и Эльбрус. Сколько времени заняло? С какими сложностями столкнулись? Какие эмоции испытывали после?

 

Первоначально был 18-дневный трек к базовому лагерю Эвереста. Мы прошли более 100 км в обе стороны через различные локации и географические зоны.
Дошли до базового лагеря Эвереста на высоте 5 365 м и поднялись на Калапатхар — 5 550 м, через два перевала: Тукла (4 840 м) и перевал Лобуче (5 000 м).

 

Высота — самая большая сложность. В Узбекистане таких высоких гор нет, поэтому адаптироваться к той высоте в привычных нам условиях трудно. Несмотря на то, что мы постоянно поднимаемся в горы и развиваем физическую форму в Узбекистане, высотная акклиматизация проходит уже не тут. На Эвересте я впервые с ней столкнулся на высоте 4 400 метров. Поначалу чувствовал удушье, но потом организм адаптировался.

Восхождение на Эльбрус сильно отличалось от трека на Эвересте. Мы жили на леднике Гарабаши. Здесь проводились ледовые занятия: учили, как правильно вести себя в случае срыва, зарубания на склоне, правилам использования перил, ходили в акклиматизационные походы и так далее.

 

Эльбрус по мне сложнее Эвереста, хотя многие и недооценивают высоту в + 5 600 метров. Гора жесткая и обманчивая — особенно по расстояниям: скала, которая кажется близкой, на самом деле находится в нескольких часах ходьбы. Здесь очень нестабильная погода, даже летом не редки температуры ниже 30 градусов. За счет того, что вершина расположена севернее, залегание ледников уже происходит на высотах от 3 500 метров. Температуры более низкие, горная болезнь приходит раньше, на более низких высотах, чем в Непале. В дневное время в яркую погоду сталкиваешься с эффектом «сковороды», то есть сверху печет солнце, а под ногами лед. За счет сильного отражения солнечных лучей очень сильно «печет», что усиливает эффект «горной болезни».

Самое сложное происходит внутри человека — это борьба с собой. Решив подняться быстрее, мы резко начали подъем, причем без отдыха. Это в некоторой мере повлияло на адаптацию, с высоты 5 000 и почти до 5 300 преследовали легкие галлюцинации. Сильно хотелось спать. Восхождение на высшие точки мира — непростая вещь. К сожалению, вы не можете просто прийти и подняться на Эверест. Поднимаясь до базового лагеря Эвереста, я хотел проверить себя на высоте выше 5 000 метров, ознакомиться с географией мест, чтобы подготовить себя к самому восхождению на Эверест.

 

В любом высотном восхождении есть зона комфорта, грань которой люди часто пересекают. Тогда ты поистине видишь себя таким, какой ты есть. И каждое восхождение могу по-философски назвать страданием, потому что вы переживаете боль, сложные условия только для того, чтобы взойти на вершину.
После трека на Эвересте я был морально истощен. Хотел лишь вернуться домой. А сейчас, после восхождения на Эльбрус, заряжен на все 100%. На следующий день приехал в Карачаево-Черкесию, в горы Домбай. Все зависит от того, кто рядом, в этот раз я был с женой.

 

Что полезного из своей специальности вы переносите в путешествия и наоборот? Например, как биолог знаете, что можно съесть или использовать в непростой ситуации в путешествии?

 

Понимание биохимических процессов, происходящих внутри организма, помогает. Перед восхождением стараюсь заранее готовить свой организм. К примеру, до восхождения выше 5 000 метров нужно разжижать кровь, использовать определенные препараты, которые увеличивают железо в крови, и т. д.

Главное правило экстремальных путешественников?

 

Не паниковать и держать все под контролем. Обязательно нужно брать с собой надежных людей, так как в сложный момент ты будешь зависеть от человека, который подставит плечо.

 

Несомненно, важно индивидуально готовиться к восхождению. Если это сложное, зимнее восхождение — готовить специальную экипировку, детально изучать маршрут, чтобы обходить лавиноопасные склоны, быть психологически готовым к сложным условиям. Если это джунгли или леса — то более детально отнестись к выбору медикаментов и репеллентов. Ведь в условиях жарких стран малейшая ранка может привести к заражению.

 

Обычно, выбрав цель, за много месяцев начинаю физическую подготовку под конкретные условия. Чтобы настроить себя психологически, читаю и изучаю всю доступную информацию в интернете.

В чем отличие горной местности Узбекистана от Непала и Кавказа?

 

Оно огромное. Непальские горы расположены южнее, а горы Кавказа севернее, что оставляет отпечаток на растительном мире, климатических условиях и рельефе.

 

В Непале горы сухие, за счет этого эффект «горной болезни» начинается с 4 000–5 000 метров. На Кавказе воздух более влажный. Высота залегания снега ниже и даже летом на Эльбрусе температуры -20°С, -30°С — не редкость. Сильные порывы ветра. Погода всегда портится после обеда.

 

Узбекистан прекрасен тем, что в Ташкентской области горы больше приближены к северным регионам, то есть зачастую лежит снег на высотах. В южных регионах типа Сурхандарьи можно превосходно обрести физическую подготовку, но в плане высотной акклиматизации все-таки надо выезжать куда-нибудь повыше, так как самая высшая точка Узбекистана — чуть больше 4,600 метров. На такой высоте в Непале можно найти гостиницы, там спокойно живут люди.

 

Но отмечу: в Узбекистане огромное количество вершин, которые по сложности не сильно уступают вершинам Кавказа. Это зависит от технической сложности склона. Есть много вершин на Пскемском хребте, гигантское количество на Гиссарском, которые без специального оборудования и хороших альпинисческих навыков не пройти.

 

Также и в рельефе. К примеру, можно подняться до отметки в 3,000 метров, а остальные 800 метров будут представлены крутым скальным массивом, на который без подготовки и спецоборудования уже не взойти.

 

Зачем обычному человеку путешествовать?

 

Как человек проведет свою жизнь — личный выбор каждого. Можно жить и радоваться тому, что будни ты проводишь в офисе, а воскресенье — на Чарваке или в ресторане. Считаю, что через 20 или 30 лет никто не будет вспоминать, сколько ты съел или выпил, с кем тусовался. Настоящая жизнь там, где есть путешествия. Когда каждый день не похож на вчерашний, постоянно появляются задачи, которые ты должен решать. Это возможность общаться с людьми на их языке и видеть их культуру, а не только подниматься на их горы.

 

И самое главное, сколько бы я не путешествовал, меня всегда тянет обратно в Узбекистан. Ты начинаешь больше ценить свой дом, семью и атмосферу, в которой живешь.

Кого и с какой подготовкой берете с собой рамках проекта «Таинственный Узбекистан»?

 

Проект, как видно по названию, рассчитан только на Узбекистан. У нас есть туры экскурсионного плана, есть восхождения. Но людей, заинтересованных в восхождениях, мы заранее предупреждаем, что их ожидает.

 

Из клиентов «Таинственного Узбекистана» постепенно начинает образовываться группа людей, которые ходят с нами в некоммерческие горные маршруты. За несколько восхождений мы заметили за ними потенциал. В августе планируем интересную и довольно сложную экспедицию в Сурхандарью в новые пещеры, и обязательно пригласим их поучаствовать.

 

Какая вершина будет следующей?

 

Надеюсь, что это будет высшая точка Африканского континента — стратовулкан Килиманджаро, что на 200 метров выше Эльбруса. Конечно, хочется всегда выше и выше. Я бы хотел увидеть развивающийся флаг Узбекистана на всех семи высших точках планеты.


 Текст: Жахонгир Азимов

Фото: личный архив Шарофа Эгамбердиева