Как правило, слово «барды» ассоциируется у жителей Ташкента с чем-то не очень веселым, но пахнущим старыми сундуками из бабушкиной квартиры.


VOT решил встретиться с основными представителями этого движения и попытаться развеять этот стереотип.


Пару вводных слов

Ежегодно начало осени и лета ознаменовывается у любителей живой и немного народной музыки масштабным фестивалем бардовской песни, проходящим у подножия Чимгана. Как правило, фестиваль собирает не только поклонников этого музыкального направления, но и любителей природы, представителей активных видов спорта, праздных любопытствующих и обычных горожан. Традиционно фестиваль проходит под открытым небом, с песнями под гитару и прыжками через костры.

Однако, помимо фестиваля, барды собираются на встречи в городе и имеют свой устоявшийся взгляд на жизнь и свою философию, которую мы и пытались понять, пообщавшись с основными деятелями движения.


Тимур Шангариев. Председатель движения бардов

Наши встречи проходят еженедельно, по средам, в доме фотографии. У нас практически нет перерывов, и мы собираемся с 1993 года. За это время успело вырасти новое поколение, как никак скоро 22 года нашим встречам.


Мы создали клуб 30 сентября 1993 года. И с тех пор у нас дело идет и расширяется, однако у истоков стоял я и еще несколько дорогих нам людей, часть из которых уже уехала из Узбекистана.

Ташкент — это главная кузница бардовской песни, но она развивается в Самарканде, где ее возглавляет Владимир Куш. В Навои, в клубе «Четверг», – под началом Татьяны Хаматхановой. Также в Зарафшане есть клуб «Золотые россыпи», но он почти перестал существовать из-за того, что люди многие уезжают оттуда.

У нашего движения очень богатые традиции – к примеру, фестиваль «Чимганское эхо» проходит с 1977 года. Его открывали Сергей и Татьяна Никитины, Виктор Берковский, Рязан Суханов – очень известные личности. Именно там впервые прозвучала песня «Бричмула».

К сожалению, в наш жанр сложно привлекать новых людей — это, как правило, интеллектуальная песня со сложным текстом, а в наше время гораздо популярнее песни «для ног». Но, в любом случае, когда идут фестивали, приезжает много молодёжи, но в Ташкенте сложнее популяризовать движение.


Барды за рубежом.
Наши люди не только сидят в Ташкенте и поют песни под гитару — мы посещаем российские фестивали, смотрим и учимся. Самый главный фестиваль по СНГ — Грушинский. Он проводится под Тольятти – между Самарой и Тольятти – там собирается под 200 тыс человек. Или в Казахстане, где фестивали такого рода проводятся с размахом, со спонсорской поддержкой. Там они чуть интереснее, потому что есть целые ансамбли, яркие выступления и призы за участие.


Сцена и зал

Когда мы собираем наши встречи, я чувствую, что пришли люди, которым интересно послушать умные песни. Их немного, поэтому я стараюсь спеть так, чтобы всё дошло до сознания, до души. Не себя показать, а попасть в души людей своей песней.

Люди, которые сюда приходят, по-любому близки нам по духу. Девиз нашего клуба — «Слова — душа песни, музыка — крылья, а исполнение — полёт души». Если чего-то нет, то песня не выйдет. Допустим, хорошие слова, а мелодия слабенькая – песня не сможет взлететь. А бывает наоборот — есть мелодия, а слов нет. Песня взлетает над скалой и оттуда падает. Три компонента обязательны, это девиз авторского клуба «Арча». Авторская песня — это когда человек и поёт сам, и сочиняет сам и музыку, и текст.


Мурат Якубджанов. Зам.председателя, ведущий, 40 лет в бардовском движении

Присоединиться к бардам меня сподвиг возраст. Во всяком случае, я так думаю. Бардовская песня отвечает жизненной тематике, жизненному мировоззрению, и в то же время это – своего рода как культура классиков, эстрада. Это тоже своего рода образ жизни, понятный только тогда, когда мировоззрение человека доходит до определенной стадии.


Бардовская песня — это возраст в сознании. В клуб приходят не только те, кому за 50–60 лет, здесь есть и те, кому и 20 — 25 лет, люди в поисках своего кредо, которые ищут себя в какой-то сфере, а бардовская музыка может дать то, что они ищут. Сюда ходят и академики, и простые люди, и музыканты разные, потому что эта музыка понятна всем. Возьмите того же Высоцкого, Юрия Визбора — они поют про дружбу, про любовь, про взаимовыручку — про то, что накипело на душе.

Барды очень тесно связанны с поэзией. Когда мы говорим о бардовской музыке, в первую очередь на ум приходит Владимир Высоцкий. Он не только композитор, но и поэт. Или Сергей Никитин — тоже поэт. Поэзия – это неотъемлемая часть бардовского движения. Бардовская культура — это не музыка со стихами, а стихи, наложенные на музыку. Этот жанр отличается искренностью и честностью.


Я никогда не думал, что пойду в барды — начинал с рок музыки. Сейчас я понимаю, что мне нравится мой выбор. Музыка — это личный выбор каждого человека, есть люди, которые и в 50–60 лет слушают рок, для них это стиль жизни. Есть люди, для которых увлечение тяжелой музыкой — переходный возраст. Но в любой музыке есть тяга к высшему, тяга к чему-то божественному.


Истоки жанра.
Я не думаю, что барды – это жанр исключительно «для себя». Если глубоко заглянуть в историю этого слова, то начало они берут из средневековья. Раньше в Европе были менестрели — средневековые музыканты, которые кочевали из одного города в другой, и пели все, что нельзя было петь на общих собраниях.

Это кочевое направление, которое слегка видоизменилось со временем. Также можно сказать и про музыку цыган — допустимо говорить, что это одно из ответвлений бардовской музыки. Потому что бард сам сочиняет музыку и тексты, и это социальная тематика на злобу дня – то, о чем не заявишь во всеуслышание.


А бардовская песня в нынешнем виде начала развиваться в 50-е годы: кухонный жанр – то, что нельзя было говорить на публике, на партийных собраниях, люди устраивали квартирники и выговаривались.


Музыка накладывает свой отпечаток на жизнь человека. Но каждая – по-своему. Если взять меня, то в нашей музыке меня привлекает многогранность: можно петь про любовь, про природу, про отношения к другу, про отношения к людям. Конечно, в каждой музыкальной культуре поднимаются эти темы, но мне кажется, что у бардов это серьезнее, искреннее. У каждого барда есть собственный режим, свой ритм жизни.


Барды в Узбекистане

Я попал сюда три года назад, нынешний клуб существует уже 20 лет, правда, название изменилось. Моим первым впечатлением было удивление — я не ожидал встретить таких людей, такой клуб и таких поклонников музыки.

Наше движение развивалось в Узбекистане, потому что сюда приезжал Юрий Визбор, а его песня «Брич-Мулла», написанная за время пребывания здесь, очень известна, почти на весь мир. Барды в Узбекистане есть, и среди них много талантливых.


Тот же Марат Хакимов, если вы слышали о таком. Или Рашид Ахмедов, Михаил Михелев, победитель местного фестиваля бардов Светлана Шилько, Виктор Ким, Андрей Цой. Кстати, люди, которые приходят сюда, – победители многих конкурсов.


Будни
Мы часто собираемся и помимо фестиваля. Но понятие бардовского движения не подразумевает встречи в строго определенный день. Это просто состояние человека, который захотел собрать друзей у себя на квартирнике — просто позвонил и собрал народ. Так же и мы — встречаемся не только по средам в 6 часов, мы собираемся на природу, общаемся, делимся чем-то.


Все, кто приходят в наш клуб, стараются развивать его, делая более популярным для широких масс. Они участвуют в фестивалях, взаимодействуют с Россотрудничеством, появляются на выставках, презентациях, мероприятиях, которые проходят в столице. Я сам попал в клуб через случайного знакомого, которого встретил где-то в городе, и он рассказал про клуб поэзии и бардов.


К нам приезжают гости с Казахстана, Киргизии, России и Украины. Наше движение вне границ, вне рамок и политических действий. Фактически, мы вышли из Советского Союза. И все проблемы, которые мы нажили за всё это время, нас связывают, и наша бардовская культура уже в крови.


Заключение

Несмотря на отсутствие массовой рекламы и не сильное привлечение «молодой крови» в движение, бардовская песня в Узбекистане продолжает развиваться. Активисты пытаются привлечь спонсоров, на смену одним членам клуба приходят другие. И неизменно, по традиции, по окончании лета, в горах Чимгана проходит один из самых старейших и самобытных фестивалей страны. И в этом году нет никаких причин на то, чтобы что-то менялось.


Текст: Улугбек Зияев

Фото: Роман Сайфутдинов